— Вряд ли, — ответил Вольф. — Нам просто повезло. — Он встал. — Вперед, лошадка. До ночлега еще много миль.

— Сомневаюсь, что когда-нибудь пойму.

— Я тоже.

Вольф, совершенно голый, стоял на коленях перед Луминой, упершись руками в колени. Дыхание его было глубоким, ровным. Камень мерцал, озаряя каюту.

«Я под сводом… я — свод… нет ничего за, нет ничего перед…»

Он поднял руки, свел ладони, выставил указательные пальцы, соединил их.

«Гори, огонь, войди, огонь, наполни, принеси мудрость…»

Его дыхание стало еще медленнее.

Внезапно он оказался «над» Луминой и теперь «глядел» на нее сверху. Поднялся еще выше, к потолку, прошел перекрытие; мозг «увидел» провода, блестящую гладкую сталь, и Джошуа понял, что он — на командной палубе.

Дыхание его участилось. Лумина разгоралась все ярче. Он отвернулся и развел руки; камень померк, стал серым.

— Провалиться мне, — изумленно сказал Джошуа. — Не знаю…

Он оборвал фразу, сосредоточился, совладал с дыханием.

Лумина «ожила», заиграла цветами.

Вольф видел только камень и ничего больше.

Через некоторое время он, не отталкиваясь руками, встал. Лумина погасла.

Джошуа изумленно потряс головой, взял Лумину и пошел в душ.

— Докладываю о готовности перед последним прыжком к Гаррапате, — сообщил корабль.

— Жди, — велел Вольф и еще раз оглядел экран. — Теперь мы входим в саму Федерацию и виляем хвостом. Покажи, как это выглядит в реальном пространстве. Нам нужна настоящая трансформация, не просто видимость. Изобрази нам… бывший военный катер класса YS. Я купил тебя после войны и переделал своими руками. Я дал тебе новое имя… э-э… «Отранто». Вплоть до дальнейших указаний отзывайся на это название, как и на «Грааль».

— Принято. Жди.