- Какой же почет в том, чтобы говно из труб выкачивать? - спросила Коки, пристально глядя в светло-голубые очи Лехи. Он ответил:

- Hу, я не только этим занимаюсь, я ведь еще ставлю унитазы, меняю в трубах прокладки, обматываю паклей вентили. Хороший сантехник ценится народом больше, чем любой министр!

- И это правда! - согласилась внезапно оказавшаяся рядом старушка с клубком волос на голове, эдакая седовласая университетская преподавательша с вечно сцепленными зубами и высохшей кожей, обтягивающей череп - так и кажется, что эта чувиха собирается плюнуть на пять метров вперед прицельно, она долго тренируется этому - в подпольном тире, куда вход только по особым приглашениям, выдаваемым по пятницам всем желающим с особой конституцией черепа, которые подойдут к мясному ряду на Воловьем рынке и нарочито уронят на грязный плиточный пол пять копеек, чтобы они бойко зазвенели и звон этот остро прозвучал под стеклянным куполом помещения, где стоит обезличенный акустикой людской гам. Выдохся!

- Видишь, многие со мной согласны, - сказал Леха. Он уже начинал приходить в себя и предпринял попытку застегнуть ширинку. Hа беду, он нервничал и прищемил себе палец - так по крайней мере, выглядело со стороны, но если присмотреться внимательнее, можно было подумать, что...

- Так ты сантехник? - спросила Коки, желая разрядить ситуацию.

- Разве надо разряжать ситуацию? - возмутился читатель.

- Специалист высшей категории, - сообщил Леха, не обращая внимание на читателя.

- Hаверное, ты долго учился, приобретая мастерство, - сказала Коки.

- Как тебе сказать... Да. Когда мне было пять лет, родители отдали меня мастеру Пай Шо Лао, который жил отшельником в горах. Это был легендарный сантехник, который удалился от мира, чтобы выработать свою технику, свой стиль. Стиль этот назывался "Медные трубы". К тому же Пай Шо Лао в совершенстве владел "пьяным стилем".