Цурамото приблизился к кара-сансуй мастера Ямамото на расстояние нескольких шагов и остановился в задумчивости. Kara-san-sui - буквально означает 'сухие горы и воды'. Воистину это так. Перед ним лежал вытянутый прямоугольник идеально разровненной и засыпанной светло-серым гравием земли размером примерно тридцать на пятьдесят сяку; гравий словно бы был причесан огромным гребнем, так что на его поверхности сформировались длинные волнообразные ряды, время от времени прерываемые вкраплениями различных по размеру и цвету камней.

Основная часть этих камней была расположена вдоль линии, параллельной одной из длинных диагоналей прямоугольника, причем хотя ни один из камней и не находится точно на этой линии, вся композиция целиком не оставляла сомнения в ее наличии. Полуприкрыв глаза, Цурамото блуждал взглядом от одного камня к другому, отмечая все новые и новые особенности их расположения. Цвет камней варьируется от темных тонов к светлым, проходя все градации, от темно-серого, черного, и зеленовато-черного к кремовому, нежно-голубому и ослепительно белому. Меньшие камни расположены ближе к зрителю, большие - постепенно удаляются от него, усиливая эффект перспективы. Группа из трех камней наибольшего размера - двух темных и одного светлого расположена в крайнем правом углу сада, завершая собою всю композицию и неумолимо притягивая к себе взгляд наблюдателя. Действуя на него одновременно умиротворяюще и шокирующе...

Цурамото впал в некое подобие оцепенения. Из последних сил своих он успел еще опуститься в сейдза, но это стало последним его осмысленным действием. Теперь он, кажется, не мог пошевелить и единым мускулом своего тела. Руки и ноги вдруг перестали подчиняться приказам его мозга, да и сам мозг, вдруг, отключился от обыденной реальности, трансформировавшись во что-то совершенно особенное, совершенно новое для его хозяина. Он словно бы превратился в приемник для каких-то неведомых, незнакомых самому Тасиро, сигналов. Сигналов, не поддающихся прямой расшифровке, да собственно и не требующих ее. Ибо эти сигналы возможно было воспринимать непосредственно. Принимать, понимать и даже разговаривать с их помощью. Разговаривать? Да, да, разговаривать. А почему бы и нет? Собственно, именно это мы и делаем здесь и сейчас. Мы? Кто это - мы?