— Среди фотографов серьезная конкуренция. Луиза нахмурилась.

— Сколько вам лет?

Она не смогла бы объяснить, почему спросила, но что-то странное было в этом мужчине. Концы с концами не сходились. Подопечные Нейла в основном были скромными учеными, настолько поглощенными наукой, что ей иногда казалось: вскочи она, обнаженная, на стол и начни танцевать, они бы и заметить не удосужились. Многие из них не представляли, как вести себя вне избранного поля деятельности, тем более с женщинами, чего явно нельзя сказать о Ричарде Муре. Может, он и нищий фотограф, но в категорию «несчастненьких» не слишком вписывается. Он не просто уверен в себе, вдруг поняла Луиза. Похоже, он прекрасно сознает свою физическую привлекательность и не привык церемониться с дураками.

— Тридцать два, — ответил Ричард, вопросительно приподняв брови.

— Вам не кажется... простите, но не слишком ли поздно начинать карьеру? Он ответил не сразу:

— Ну, кто знает, может, с помощью Нейла мне удастся пробиться?

Луиза открыла было рот, чтобы ответить, но тут ей в голову пришла другая мысль.

— Я на минутку оставлю вас, — сказала она, поднявшись. — Вы не возражаете?

— Ни в коем случае.

Ричард полюбовался тем, как легкая ткань шортов обтягивает ее бедра, как поднимается и опускается на высокой груди бледно-желтый шелк, затем поднял глаза на ее лицо, и их взгляды схлестнулись. Заметив восхищение в его глазах, Луиза гордо вскинула голову и быстро прошла мимо... в кабинет брата, где, как всегда, царил беспорядок. Луиза прикрыла на мгновение глаза, понимая, что найти здесь нужную вещь труднее, чем отыскать иголку в стоге сена.

— Может, мой милый братец, ты и блестящий зоолог, — сердито бормотала она, — но при всем том ты самый неорганизованный человек из всех, кого я знаю! Поверить не могу, что ты мой родной брат!

Луиза задела локтем стопку папок на письменном столе и тихо выругалась, когда они, рассыпая содержимое, полетели на пол. Однако ее неловкость принесла результат: под папками оказалось то, что она искала, — ежедневник Нейла.