Остальные молчали.

— Хо-хо! — наконец вздохнул ночной альб. — Там, откуда пришёл я, творится то же самое. И я в пути из-за того же, хо-хо!

— Каждый из нас, — пискнул крохотулька, — прибыл из своего края Фантазии. Мы встретились здесь случайно, но весть для Детской Королевы у всех одна.

— Это означает, — вздохнул скалоед, — что вся Фантазия в опасности.

Насмерть перепуганный блуждающий огонёк переводил взгляд с одного на другого.

— Но тогда, — вскричал он, вскочив с места, — нам нельзя терять больше ни минуты!

— Да мы и так уже собирались, — пояснил крохотулька. — Нас держала только темнота в этом лесу. Но теперь, когда ты с нами, Блубб, ты мог бы нам посветить.

— Э нет, не получится, — воскликнул блуждающий огонёк. — Я не могу ждать того, кто едет на улитке! Весьма сожалею!

— Но это же гончая улитка! — обиделся крохотулька.

— И кроме того, хо-хо, — прожурчал ночной альб, — как же иначе мы покажем тебе правильную дорогу?

— Кому вы всё это говорите? — проскрипел скалоед.

И действительно, блуждающий огонёк уже давно не слышал посланников, а длинными прыжками мчался сквозь лес.

— Впрочем, — сказал Укюк, вскакивая в седло своей гончей улитки, — в качестве фонаря блуждающий огонёк едва ли подошёл бы.

— Мне тоже предпочтительнее, — сказал ночной альб, подзывая свою летучую мышь, — чтобы каждый из нас полагался на себя. Полетели!

И — фьють! — только его и видели.

Скалоед потушил огонь, хлопнув несколько раз ладонью по костру.

— Мне тоже лучше одному, — слышалось в темноте, — по крайней мере, хоть не боишься невзначай раздавить какую-нибудь мелочь.