— А кто без греха? Балуется помаленьку. Заказов у оружейников после войны сам знаешь сколько. Почитай, всё западное приграничье оружием усыпано — знай только нагибайся. Вот Гинз и отступил немного, жить-то надо.

— Сейчас слезу пущу, — хмыкнул лис.

— Да брось ты! Ну что вы, лисы, упёртые такие в свой закон? Прицепи вам отступника на хвост, так вы за собственным хвостом до самой смерти гоняться будете, клацая зубами, если только кто хвост не прищемит.

— Ты как-то попробовал прищемить, — ощерился Герр, заново начиная их давний спор.

Но бывший бродяга уже понял, что хватил лишку и, подняв руки, примирительно сказал:

— Остынь, занесло меня. — Он помолчал и ехидно добавил, — А нервишки уже не те! Всё-всё, молчу, а то в самом деле в глотку вцепишься!

Гурман снова наполнил кружки.

— Так вот, Ноэль баял, что к Гинзу вчера салиец заходил. Этот губошлеп притащил Гинзу какой-то черный камень и потребовал, чтобы тот из него наконечник для стрелы выточил. Это из камня-то! Ноэль хвастался — двести золотом обещал. — Гурман обернулся и взял с полки вторую бутылку. — Как ты думаешь… — продолжил он, поворачиваясь обратно, и осёкся, уставившись в пустоту.

Лис из кабинета исчез.

— Кхур меня забери! — растерянно пробормотал корчмарь. — До сих пор привыкнуть не могу к его выкрутасам…

«…Время! Как мало времени! — непрерывно крутилось в голове. — Только бы успеть до того, как суом начнет петь свою песню!»

Лис шёл по следу. Он даже не шёл — он летел, кляня себя за то, что расслабился во время встречи со старым другом и забыл своё же правило: сначала дело, потом сопли. Узнай он о странном заказе чуть раньше — и у него, может, был бы еще шанс успеть. Теперь же он чувствовал, что безнадёжно опаздывает. Он не успеет пройти след до конца… Не успеет! Сердце бешено стучало, с каждым ударом увеличивая темп. Вскоре стук перешел в почти сливающуюся дробь, и Герр привычно ощутил начало трансформации. Он сосредоточился, и через секунду шумно выдохнул. Сердце успокоилось. Лис встал на след.