Пролетел плакат. Большой синий, со светящимися буквами. Успеваю прочитать "Москва 115км." Час езды, если конечно, я доеду. За это время совсем стемнеет. Да, у меня есть друг. Старый друг, оставшийся еще с детсадовских, по-моему, времен. Мы вместе ходили в школу. Кончали институт. Да и после, я иногда видел его. Бывает такое, когда два человека идут почти по идентичному пути. Что и говорить, хотя он и живет в Москве, я все еще иногда вижу его. Встречаемся, вспоминаем. о потом расходимся и забываем. Обычно в принципе, жизнь и не так раскидывает. Он снился мне ночью. И там, во сне, я успел удивиться, я не думал о нем уже с месяц, а то и более, а тут вдруг приснился. Сон был кошмаром. Я видел, как этот человек поднимается в самолет. Он боится, и я, благодаря прихоти сна, ощущаю все его чувства, как если бы это был я сам. Ему страшно заходить в серебристую птицу, которая перенесет его через океан. А потом сон, разваливается на кадры. Вот кадр - самолет взлетает и бешено крутящихся колес слетает облачко дыма, когда он отрывается от земли. Вот еще одни - срез перистых облаков, а под ними квадраты полей. А потом еще одни кадр - черное поле, с торчащими агонистичными стеблями желтой травы. Обгорелое, а по нему раскиданы обломки того, что когда-то бороздило воздух от континента к континенту. Горелые куски металла, а над всем этим искореженный но узнаваемый хвост самолета, торчащий как самый огромный памятник трем сотням погибшим. Снилось мне, что я брожу среди обломков, среди раскиданных, порванных как куклы тел и вижу его лицо. И с жуткой уверенностью ощущаю, что я тоже лежу там, похороненный под скрюченным алюминием. Здесь я проснулся. Проснулся в жуткой уверенности, что самолет, на котором полетит мой друг разобьется. Да, я сто раз говорил себе, что это бред, безумие. Да и все мне это говорили. о мне кажется, что я все таки правильно сделал, что поехал. Смог бы я жить дальше, зная, что человек мог остаться жить, если бы я вмешался? Я знаю, откуда не разумею, но знаю, что самолет вылетает ночью.