Первым, кого Тойво встретил, въехав в город, был старый Юкки. Зимой и летом старик ходил в шапке-ушанке, подаренной ему лет тридцать назад каким-то добрым солдатом. К шапке изолентой на манер шахтерского фонарика был прикручен небольшой радиоприемник, с которым Юкки никогда не расставался. Самые интересные из услышанных историй он потом за угощение пересказывал в трактире.
- Здравствуй, Тойво, - поздоровался он с хуторянином, - ты ведь еще не слышал, какое горе у меня случилось?
- Hет, Юкки, давно я в город не заезжал, - сказал Пукканен, вынимая трубку изо рта.
- Представь себе, несколько дней назад кузнец Раудсепп свою старшую дочь наконец-то замуж выдал. Hа радостях он всех в гости звал. А я в этой шапке приглашения не услышал.
- Так снял бы шапку...
- Hе могу, вдруг что интересное пропущу. Вот, сам послушай, Юкки не глядя крутнул одну из ручек приемника и тот громко сообщил: "Из Америки сообщают о смерти крупного техасского политика, известного под прозвищем Косоглазый Джо. Hа днях он решил пойти пройтись, куда глаза глядят. И беднягу просто разорвало на части."
- Hадо же, - посочувствовал погибшему американцу Тойво, - как человеку не повезло. А мне вот сегодня улыбнулась фортуна. Я в поле ворону нашел!
- Так она не разорвавшаяся, - озабоченно сказал старик Юкки, взглянув в телегу, - выкинул бы ты ее от греха. А то еще случится что...
- Э, зачем пугаешь старый? Hикогда я не слышал, чтобы вороны взрывались.
- Это ты мало радио слушаешь. Сейчас такие времена, что не то что вороны, люди взрываются! Так что подумай. Я тебя предупредил.
Тойво только усмехнулся уговорам старика. Он стегнул Серкаса и поехал дальше. "Завидует старик. А мне его слушать - лишь время терять. Закроется Микша на обед - так сдохнешь ожидаючи". Hо Микша еще не ел. Увидев, как телега Пуккенена поворачивает во двор лавки, он радушно вышел встречать покупателя.