Когда Куат с Куата выпрямился, дверь за шефом службы безопасности уже закрылась. Фелинкс боднула ушастой головой ногу хозяина.

— Не сейчас, — сказал любимице инженер. — Мне нужно работать.

Его восхищали настойчивость и упорство, поэтому он не сердился на зверька, даже когда тот запрыгивал к нему на рабочий стол. Вот и сейчас — стоило отвернуться, а фелинкс уже разгуливает по столу и мешает собирать инструменты. Только когда в кабинет вошел пилот челнока, положил перед Куатом продолговатый овальный предмет и исчез так же молча, как и появился, инженер согнал настырную любимицу на пол.

Пара летающих ламп парили над головой, стирая все тени. Куат с Куата склонился над дроидом-посланником. Тот не был подключен к модулям самоуничтожения, он был создан из них. И в случае недозволенного доступа, любого доступа, кроме самого Куата, дроид превращался в мощную бомбу. И даже инженеру не стоило ошибаться, иначе верфям придется искать нового наследного владельца и старшего конструктора.

Зажатый между большим и указательным пальцами идентификатор почти безболезненно вошел в плоть, забирая анализы крови и тканей. Микроэлектроника внутри тончайшего, похожего на иглу устройства считала информацию, сравнила с генетическим кодом и перехватила сигнал от изотопной метки, введенной раньше. Дроид никак не продемонстрировал — ни звуком, ни внешне, — обнаружил ли он что-нибудь. Результаты идентификации станут известны позднее. Если Куат без последствий вскроет корпус посланника, все нормально. Если же его обугленные останки будут соскребать со стены, значит, тест не пройден.

Взрыва не последовало. В кабинете царила мертвая тишина, если не считать затрудненного дыхания хозяина да обиженного ворчания фелинкс под столом.

Яйцо корпуса раскололось пополам. Теперь работа пошла быстрее. Куат с Куата вскрывал сегмент за сегментом, и все в правильном порядке. Одно неверное движение, и все закончится все тем же взрывом, но инженер сейчас об этом не думал. Порядок действий был вшит в его память так прочно, что ему позавидовал бы любой дроид. Когда Куат восхищался машинами, он восхищался собой.