- Что, уже успел умом тронуться? Давно тут сидишь? - услышал я вдруг за спиной голос.

Я оглянулся и с шумом вобрал в себя воздух - вместо крика. От резкого движения ногу пронзила боль. Передо мной стояла женщина, впрочем, она была настолько молода, что впору было назвать ее девушкой. Если бы не платок на голове, повязанный особым образом, как делали в этих краях вдовы.

Из-под платка выглядывали упрямые черные колечки - ох и завлекательно, наверно, выглядели ее волосы, судя по ним... когда она не была вдовой. Да и не только волосы - сама незнакомка была бы просто красавицей, если бы не этот взгляд - тяжелый, немигающий, черный.

- Чего молчишь?

У нее был низкий, с волнующей хрипотцой, голос. Звуки рождались где-то не в горле, а в груди, и прорывались наружу какими-то неведомыми путями. Я молчал, разглядывая ее, ее бедное серое платье и ноги, утопающие в тяжелых мужских сапогах - по острым камням ходить в самый раз. Только что она в этой глуши делает?

- Может, не понимаешь ничего? Подорожник, что ли?

Hаконец, я отозвался:

- Да.

- Понятно. Давай помогу.

Она наклонилась и схватила мою ногу своими исцарапанными руками. Я закусил губу и даже глаза закрыл. Что там случилось с моей несчастной ногой, почему так больно? Все же я пытался пятиться назад, помогая ей. Через некоторое время однообразного сопения и страшных гримас, нога оказалась на свободе. Она тут же ощупала ее проворными, знающими дело пальцами.

- Кость сломана, - она взглянула на меня, сдвинув брови.

Ты ворон считал, что ли?

Я выдавил улыбку.

- Почти.

- Ладно. Торопиться теперь тебе некуда. С рокады тебе не сойти. Тут сиди, я вернусь, вправим тебе кость и каркас сделаем. Только сколько ты тут протянешь, под открытым небом? Да и вулкан, того гляди, взорвется.