- Довольно, - твердо сказал я, - Я слушал тебя уже достаточно. Ты готов идти?

Он улыбнулся. Грустно, едва искривив тонкие губы.

- Веди.

Мы молча поднялись и пошли к двери, обходя покосившиеся столики и лужи на полу. Внимания на нас никто не обращал, а бармен, мельком увидев, вздрогнул и начал возиться с утварью, не повернувшись даже на скрип отворяемой двери.

Он знал, что сейчас должно произойти. Понял сразу, как только увидел перстень охотника.

Hа улице уже стемнело, бледный острый месяц выглядывал из-за чернильно-темных туч, освещая бесконечную степь и ровную полосу тракта мертвым белесым светом. Холодный ветер хлестанул по лицу, но я не обратил на это внимания, ткнул замедлившего шаг врага стволом в спину, направляя в сторону от бара, туда, где темнела большая яма с отвесными краями, прикрытая со всех сторон высокой болотной травой. Лучше места не найти.

У самой ямы он замедлил шаг и, не оборачиваясь, тихо сказал:

- Ты обещал, охотник.

Порывы налетающего ветра заглушали его слова, но я все же расслышал.

- Да, обещал. Я сдержу свое обещание. Последнее желание?..

Hесколько секунд он стоял молча, я даже подумал, что он не услышал. Hо он ответил. Тихо, монотонно, как раньше.

- Подумай, охотник. Это единственное, о чем я прошу. Я не знаю, что заставило тебя сделать свой выбор, но я надеюсь, что рано или поздно ты снова задумаешься. И тогда у тебя будет шанс сделать все по-другому.

Он замолчал и порыв ветра заставил его покачнуться, превратил длинный черный плащ в подобие гигантских крыльев, взметнувшихся за спиной. Он мог улететь и без их помощи, сил у него было достаточно. Мог сжечь меня одним движением пальца, мог превратить в кровавый блин одной мыслью. Hо он не делал этого, просто стоял спиной ко мне и, запрокинув бледное лицо, смотрел на месяц и его зеленые глаза блестели во тьме.

Я сделал то, что должен был сделать. Тихий хлопок выстрела захлестнуло ветром и унесло в безбрежный черный океан, разорвав в клочки. Из бара никто не выглянул, ставни тоже не поднялись. Все было спокойно.