Молодой человек, словно прочитав ее мысли, взглянул ей прямо в лицо. Взгляд его был явно оценивающим. Констанс не считала себя сногсшибательной красавицей, но все-таки привыкла к тому, что мужчины обращают на нее внимание. Не очень высокого роста, она была тоненькой и пропорционально сложенной. Держалась прямо, чем напоминала балерину. Мужчины отдавали должное ее тяжелым рыжеватым волосам, белоснежной коже и большим зеленым глазам с бирюзовым отливом. В ее облике было что-то несовременное, хотя одета она была в строгий черный костюм английского покроя. Узкая юбка высоко открывала стройные ноги, обутые в классические лодочки на шпильке. Но видимо, на этого австралийца она не произвела впечатления. Единственное, что читалось на его лице, — это попытка дать ей оценку. Под его взглядом Констанс почувствовала себя неловко. Уверенность в себе как рукой сняло.

Он решил, что я положила на него глаз, подумала она. Нервы у него явно крепкие! И самомнения хватает!

Забыв о привычной осторожности, Констанс холодно, с нарочитым безразличием посмотрела на незнакомца за столиком. Их взгляды встретились. Он был спокоен и невозмутим, в глазах читалась скука и уверенность. Но от нее не укрылось и любопытство, которое она явно вызывала у молодого человека. Его светлые глаза чуть прищурились, и от этого взгляд стал еще более оценивающим. Констанс в какой-то момент стало страшно, но она быстро взяла себя в руки и, чтобы не подать виду, приветливо улыбнулась молодому человеку, а затем спокойно отвела взгляд в сторону. Фрэнк часто повторял ей, что, когда она улыбается, крошечные складочки в уголках ее пухлых губ становятся глубже и на лице появляется отчужденность, которая интригует и привлекает одновременно.

Сердце бешено колотилось, в голове что-то стучало.