– Где-нибудь, конечно, бросили. Зачем им краденая сумочка? Они деньги возьмут, – заметил Блинков-младший.

Суворова двумя руками вцепилась себе в волосы и всерьез дернула.

– Это капец, Блинок! Знаешь, чья это сумочка?!

– Твоей сестры, – проявил дедуктивные способности Блинков-младший. Ну кто в восьмом «Б» не знает суворовскую сестру, фотомодель Нину Су? И кто не знает, что Валька обожает Нину целиком, вместе со всеми ее достоинствами, недостатками, сигаретами и вещами?

– Вот именно! – со вздохом подтвердила Суворова. – Только, Блинок, это не просто Нинкина сумочка. Это ее гонорар за рекламу

«Домашний бегемот безо всяких хлопот». Помнишь, где Нинка хочет вымыть бегемота, а он в ванну не помещается?

Поражаясь собственному терпению, Блинков-младший выслушал про бегемота. Суворова просто не умела рассказывать коротко. Всю ценную информацию можно было бы передать в двух словах, но Валька выкладывала ее минут пять.

Сначала она объяснила, что «бегемот без хлопот» – это бегемот, из которого уже что-нибудь сделали. Скажем, чемодан. Причем в рекламном ролике имелись в виду не только бегемоты, но и крокодилы, и удавы, и прочие гады. Изделия из их кожи по-настоящему дорогие, миллионерские. У нас их плохо покупали, и реклама не помогла.

Наконец Суворова добралась до сути. Бегемотья фирма разорилась и не смогла заплатить Нине Су за съемки в рекламе. Вместо денег ей дали сумочку из крокодиловой кожи. Сколько она стоит, Суворовой даже подумать страшно. Может, под тысячу долларов, а может, и за тысячу. Во всяком случае, для фотомодели, вообще-то избалованной хорошими вещами, эта сумочка была слишком хорошей. Нина Су ее не носила и собиралась продать…

– А ты взяла пофорсить, пока не продали, – заключил Блинков-младший, с жалостью глядя на Вальку.

– Да нет, Блинок, я не виновата, – всхлипнула Суворова. – Нинка сама мне позвонила, говорит: привези «крокодила» на «Тушинскую». Наверно, покупательницу нашла. Представляешь, она там ждет, а я приеду без сумочки!