— Да что вы говорите?! — возмутился премьер-министр.

— Не буду отрицать, что боевой дух в Министерстве — хуже некуда, — сказал Фадж. — Кроме всего прочего, мы потеряли Амелию Боунс.

— Кого потеряли?

— Амелию Боунс. Главу Департамента магического правопорядка. Мы считаем, что Сами-Знаете-Кто убил ее лично, потому что она была очень одаренной волшебницей и, судя по всему, приняла настоящий бой.

Фадж прокашлялся и с явным усилием перестал крутить свой котелок.

— Но это убийство было в газетах, — премьер-министр внезапно остыл. — В наших газетах. Амелия Боунс… Женщина средних лет, жила одна. Жуткое было убийство. О нем столько писали. Полиция была сбита с толку.

Фадж вздохнул.

— Надо полагать, — сказал он. — Убита в комнате, запертой изнутри. С другой стороны, мы точно знаем, кто это сделал, хотя это ни на шаг не продвинуло нас к его поимке. А еще была Эммилин Вейнс, об этом вы, может, даже и не слышали.

— Еще как слышал! — возразил премьер-министр. — Вообще-то это произошло за углом отсюда. У газет был просто праздник: «нарушение закона и порядка на заднем дворе премьер-министра…».

— Будто нам этого мало, — продолжал Фадж, почти не слушая премьер-министра, — так теперь еще все вокруг кишит дементорами, которые нападают на людей направо и налево…

В давние, более счастливые времена эта фраза была бы для премьер-министра совершенно непонятной, но теперь он был более осведомлен.

— Я считал, что дементоры охраняют узников в Азкабане, — осторожно сказал он.

— Так и было, — устало ответил Фадж. — До настоящего момента. Они покинули тюрьму и присоединились к Сами-Знаете-Кому. Не буду притворяться и скажу, что для нас это было сильным ударом.

— Но, — произнес премьер-министр с чувством пробуждающегося ужаса, — не вы ли мне рассказывали, что эти существа высасывают из людей надежду и счастье?