— Пусти, Белла! — огрызнулась Нарцисса, вытащила из-под плаща палочку и угрожающе направила ее в лицо преследовательницы. Белла только рассмеялась.

— Цисси, собственную сестру? Ты не…

— Уже нет ничего такого, чего бы я не сделала! — с истерической ноткой в голосе прошептала Нарцисса. С новой вспышкой света она опустила палочку, словно нож. Белла освободила руку сестры так, будто бы обожглась об нее.

— Нарцисса!

Но Нарцисса уже убежала вперед. Потирая руку, преследовательница вновь бросилась за ней, на этот раз держась на расстоянии. Они все дальше углублялись в пустынный лабиринт кирпичных домов. Наконец Нарцисса бросилась по улице под названием Тупик прядильщиков, над которой, как гигантский указующий перст, высилась заводская труба. Она проходила мимо заколоченных и разбитых окон, ее шаги отдавались гулким эхом по булыжной мостовой. Наконец она добралась до самого последнего дома, где сквозь занавески на окнах комнаты на первом этаже мерцал слабый свет.

Когда Белла, тихонько ругая сестру, догнала ее, та уже успела постучать в дверь. Они стояли вместе и ждали, чуть запыхавшись, вдыхая запах грязной реки, который доносил до них ночной ветерок. Несколько мгновений спустя за дверью послышался звук движения, и она приоткрылась. Из цели на них выглянул мужчина с длинными черными волосами, разделенными прямым пробором, свисавшими вокруг его желтоватого лица, и черными глазами.

Нарцисса откинула с лица капюшон. Она была так бледна, что, казалось, сияла в темноте. Длинные светлые волосы, струившиеся по спине, делали ее похожей на утопленницу.

— Нарцисса! — произнес мужчина, отворив дверь чуть шире, так что свет упал на нее и на ее сестру. — Какой приятный сюрприз!

— Северус, — напряженно прошептала она. — Можно с тобой поговорить? Это срочно.

— Ну разумеется.