– Полностью всю линию по производству авиационных двухтакников? Неслабо… Все новые "Бобики", а нам остаются только первого выпуска и вообще "Тузики"? Ах, музей хочешь устроить, тогда ладно. Я рад за них… Восемнадцать "Кошек"? А, со снятым автоматом вывода из пикирования… "Кондор" номер три? Так его же и строить еще не начали!

– Есть такое слово – "предоплата", – пояснил я. – Вот предоплатят, и начнем.

– Надо будет с Машей посоветоваться, – прикинуло величество, – хватит у них сейчас денег или придется отсрочку давать…

– Вообще-то я предполагал все это учинить по бартеру, – скромно сообщил я. – Понимаешь, мне нужен хороший авианосец. Вот пускай и строят!

– Один нам и сколько-то себе, – уточнил Гоша. – Ты хотел именно этого?

– Разумеется. Нам, даже в случае ухудшения отношений, ихние авианосцы пофигу, через пять лет вся Япония будет в зоне действия нашей береговой авиации. А некоторым остальным такие суденышки у берегов какого-нибудь Пирл-Харбора не помешают, я так думаю.

– Ладно, – встало величество, – это я утверждаю. Но вообще на четверг назначены посиделки в узком кругу – три величества и твоя светлость. Так что копи умные мысли, озаряйся идеями – будем прикидывать черновые наброски первого пятилетнего плана. Здесь, у тебя сидеть будем, в моих покоях.

– Ладно, давно пора… Только вот что я хочу сказать – если принимаем план, то никакого стахановского движения!

– Так это твои прерогативы, – рассмеялся Гоша, – обеспечить… как бы это помягче сказать… правовую базу государственного планирования. Вплоть до уголовной ответственности за перевыполнение, я не против. И еще, чуть не забыл обрадовать! В пятилетку я уже забил и реформу правописания, так что можешь больше бессонными ночами не мучиться вопросом, через "е" или через "ять" пишется твое любимое слово "хер".