Вчера прапорщик объяснял Блинкову-младшему, почему тонкая сетка может спасти от гранатомета. Граната из него летит с небольшой силой. Танковую броню она пробивает направленным взрывом. Оказывается, сетки достаточно, чтобы граната сработала, не влетев в комнату. Осколков она не дает. Вся сила взрыва уйдет в воздух (от сетки, понятно, ни клочка не останется). Если человек будет в глубине комнаты, его контузит, и все. В этом тоже мало приятного, но все же маму не убьет до смерти. Вчера она твердо это пообещала.

– Эта сетка на самый-самый крайний случай, – сказала она. – Меня плотно опекают, Митек. На каждом чердаке наши люди.

Тогда Блинков-младший не стал ей говорить, что лучше бы она тоже уехала на время из квартиры. А теперь понял, что мама не уезжает нарочно. Она – подсадная утка для террористов. Или нет, подсадная утка приманивает под выстрел охотника других таких же уток. Скорее, мама – живец, малек, на которого хотят поймать хищную рыбу. А ловля на живца чаще всего заканчивается очень печально для живца. Щуку-то ловят, но приманивший ее малек оказывается у нее в пасти вместе с крючком…

Блинков-младший готов был бежать к маме и орать: «Уезжай! Уезжай отсюда немедленно!». Но разве она послушается?!

Лица одноклассников в бинокле заволокло туманом. Он вытер слезы и побрел в мамину комнату.

Глава VI

Вербовка втемную

Папа вернулся нескоро. Вместе с полковником Кузиным за ним вошла пенсионерка Наталья Антоновна, известная во дворе под прозвищем Санта Барбара. На руках у нее сидела старая болонка со слезящимися нечистыми глазами.

Василенко остолбенел. Тут квартира на осадном положении, контрразведчики дежурят в «Мерсе» под окнами и сидят чуть ли не в каждом мусорном ящике, и вдруг нате: какая-то старуха с собачкой.