— Спецподразделение «Ютландия». Там была и «Киншаса». Это вторая причина, почему ты здесь.

— Спасибо за заботу. — Кавано снова почувствовал боль в груди. — Еще что-нибудь известно?

— Практически ничего, — признался Альварес. — Около двадцати пяти часов назад тахионный локатор на Доркасе уловил неизвестный след на внешнем кольце системы небольшой звезды, в шести световых годах от Доркаса. У них не было аппаратуры слежения, но техники «Ютландии» и местного гарнизона смогли приблизительно установить точку выброса энергии. Эскадра отправилась на разведку и через сорок минут после прибытия на место взорвала статичную бомбу. На Доркасе это заметили, решили, что ничего хорошего ждать не приходится, и тотчас же выслали к нам курьера — предупредить о неприятностях.

— Сорок минут — это почти ничего, — заметил Кавано.

— Это-то и пугает, — вздохнул Альварес. — Особенно, если учесть, что коммодор Дьями не бросился бы в драку очертя голову. И большая часть из этих сорока минут потрачена на попытку установить контакт.

Переговорная уже опустела к тому времени, когда они туда вошли. Альварес включил экран специально для гостей, а сам направился в главный зал, где собрались его коллеги-офицеры. Пять минут спустя начали показывать записи дозорных кораблей.

Все было хуже, чем Кавано ожидал. Он и вообразить не смог бы, насколько хуже. Видеть, как пришельцы разделывают эскадру под орех — само по себе тягостное зрелище. Но когда инопланетяне принялись садистски уничтожать спасательные капсулы, у зрителей кровь застыла в жилах.

Казалось, что бой и последовавшая за ним бойня никогда не кончатся. Но, судя по показаниям таймера на экране, весь этот ужас продолжался четырнадцать с половиной минут.

Наконец экран погас. Еще некоторое время в комнате царило молчание. Его нарушил Квинн.

— Мы влипли, — тихо произнес он. — И здорово влипли.»