— Я попробую. — Рико склонился над настроечной панелью. У него на лбу выступили капли пота. — Но ничего нельзя гарантировать.

— Как получится — так и получится, — сказал Фей-лан. — Стреляй, как только закончишь расчеты.

— Да, сэр. — Рико закончил программирование и нажал на пусковые кнопки. «Киншаса» трещала и содрогалась, но Фейлан почувствовал знакомый толчок, когда от корабля отделились реактивные снаряды. — Ракеты ушли, — доложил Рико. — Сэр, я бы посоветовал оставить корабль, пока еще работают спасательные капсулы.

Фейлан снова посмотрел на мониторы статуса корабля, и его сердце мучительно сжалось. «Киншаса» была практически мертва. И теперь, когда его корабль погиб, у Фей-лана остался только один неисполненный долг.

— Согласен, — мрачно ответил он. — Ховер, передай всем: мы уходим. Всем секциям немедленно закапсулироваться и отделиться от корабля.

Аварийный сигнал тревоги прервался и сменился сигналом к немедленной эвакуации. В дальнем конце капитанского мостика один за другим гасли огни — боевые расчеты поспешно отключали свои посты от корабля и запускали проверку индивидуальных систем жизнеобеспечения.

Но у Фейлана как у командира оставалась еще одна задача. Он должен позаботиться о том, чтобы вражеские мясники ничего не узнали о Содружестве, когда будут изучать обломки корабля. Фейлан откинул нижнюю крышку на командирской приборной панели и начал одну за другой нажимать кнопки. Уничтожение навигационного компьютера, уничтожение вспомогательного навигационного компьютера, уничтожение компьютера с архивом информации и бортовым журналом…

— Дежурная команда на мостике докладывает о готовности, капитан, — сообщил Рико с ноткой нетерпения в голосе. — Можно нам начинать инкапсулирование?

Фейлан нажал последнюю кнопку.

— Давайте! — Он положил руки на подлокотники кресла и сосредоточился.