К нам пристроился паренёк, простой и незатейливый, из Воркуты. Спрашивал как там, в институте учатся, рассказывал бородатые анекдоты. Ему не нравилась музыка, и он всё время просил поставить "что-нибудь повеселее". Рок-н-ролл, казался ему скучной музыкой. Девушки достали арбуз, и мы его весело скушали. Арбуз был невкусный, и в туалет образовалась очередь. Люблю я туалеты в поезде, в них есть что-то непосредственное. Если из домашнего унитаза труба уходит в такие дали, что если отпустить своё сознание вниз вдоль трубы, можно не вернуться назад в тело. Фася один раз потерял сознание, находясь в туалете, слава богу, пришел в себя, обнимая белую гладь унитаза. Я ехал один. Одному ехать отдельное чувство, совсем другое, чем ехать в компании. Вдвоем люди замкнуты друг на друга и с внешним миром связаны слабо. Втроем система становиться немного разомкнутой - это оптимальная конфигурация для небольшой компании. Вчетвером либо разбиваются на пары, либо периодически перебивают друг друга. Пятеро - это почти трое, шестеро почти четверо. Больше шести человек собрать трудно, больше шести - это уже толпа или команда, в зависимости от организации. Один человек - это один человек, он сам за себя отвечает, сам взаимодействует с внешним миром, сам решает все проблемы, ему не на кого положиться, но зато он ни за кого не отвечает. Мне нравиться перемещаться в пространстве одному. Я предложил своему другу отправиться на по иск Города Солнца, но он сказал, что в последнее время слишком много трахается. Энергия, блин, не сублимируется. Но зато приятно. Когда я уезжал, у меня было три подруги, но все на тот момент какие-то бестолковые. С одной - это вообще отдельная история, сумасшествие настоящее. Я ее даже не имел в виду, в качестве потенциальной герлфренд.