Я уговаривала себя: что-то с самого начала пошло не так, вопреки сценарию. Hо с каждой новой волной боли крепла другая уверенность - это очередное испытание, Игра в которой мне нельзя проиграть и невозможно выиграть... Когда взор затянуло кровавым туманом, и для слуха умерли все звуки, кроме глухих ударов собственного сердца, меня подхватили чьи-то сильные руки и понесли куда-то, вырывая из цепких лап костлявой старухи с косой, из ночного мрака и холода. В уютную и светлую, жарко натопленную горницу, в ласковые объятия пуховых перин и подушек...

А дальше начались долгие часы нескончаемого бреда... Из которого я помню только одно - разговоры с Черным и склоненное надо мной лицо воина с запавшими глазами, полными тревоги и удивления... Тревогу я не понимала, а вот удивление было вполне объяснимым - не часто возвращаются к жизни смертники... Уже запутавшись в лабиринтах вложенных снов, я поняла, что первый путь к победе для меня невозможен.

_________

Повелитель был одет на редкость экстравагантно - черный балахон с широкими рукавами, подпоясанный серебряным шнуром. Капюшон плаща падал на самые глаза, отбрасывая на лицо густую тень, так что невозможно было разглядеть Его черты. Смоляные пряди падали на плечи и иногда рубиновый отблеск свечей вспыхивал в провалах глазниц.

- Сегодня, твой вид не вызывает к себе доверия,- отметила я, сидя в небрежной позе на подлокотнике кресла. Черный хмыкнул и подошел к большому зеркалу, как обычно, в нем не отразившись, а затем уселся во втором кресле напротив меня:

- Ты еще помнишь условия Игры?- заботливо спросил он.

- Мда... Мне надо продержаться ровно месяц вместе с крепостью и не погибнуть по какой-нибудь глупости.