– Ладно… Подумаю над этим. Сам-то что предлагаешь? – насупился Николай.

– Для начала изменить правила приёма в морские училища*, расширить ворота для желающих. Отменить сословные ограничения для детей служивых людей. Ввести больше технических предметов. Прошерстить существующий преподавательский состав.

(*Их на тот период было в России всего два: Морское училище и Морское техническое училище)

С лета этого года в Питере, Москве, Одессе и Архангельске необходимо открыть школы юнг. Без очереди и конкурса будем брать детей-сирот солдат, матросов, унтеров и офицеров. Без всяких глупостей, типа дворянских сынков не брать. Знаешь, сейчас далеко не все дворянские семьи наслаждаются хрустом французской булки. Остальные будут поступать по желанию родителей, если таковые имеются, и по возможности их приёма. Набирать будем, начиная с шести лет, чтобы успеть подготовить пострелят к сдаче экзаменов в Морское училище. А вот те кто не поступит… Извини, пойдут на флот унтерами… если конечно не проскочат в пехотные училища.

Данная мера даст нам фору на строительство новых учебных корпусов. В старом здании, сам понимаешь, три с половиной тысячи курсантов не разместить. Учитывая здешние темпы строительства, я надеюсь, что лет через пять новый учебный комплекс построят. Вот тогда сможешь его торжественно и красиво переименовать и взять над ним патронаж.

В новом учебном комплексе я собираюсь готовить морских офицеров всех специальностей. Строевых, артиллерийских, машинных и далее по списку, заканчивая флотскими юристами и экономистами.

– Батюшек не забудь! – добавил Николай.

– Можешь не улыбаться, специальное отделение для подготовки флотских священнослужителей я предусмотрел.

– А я и не улыбаюсь. Память Пересвета и Осляби как-то не располагает к веселью…