К Эйхорду хорошо относились, что признавал даже самый последний полицейский. Джек никогда не считал себя белым рыцарем или неким мстителем, преследующим преступников. Он не удостоился особого внимания даже тогда, когда его завербовали в команду “Мактафф”. Да и сам Эйхорд не думал, что как профессионал он выше своих коллег, поэтому ладил со всеми. Эгоистичного человека может интуитивно распознать даже самый тупой полицейский, но Джек не был эгоистом. Он стремился только честно выполнять свою работу. Он очень любил раскрывать убийства.

Аббревиатура “Мактафф” применялась в полиции для специальных уполномоченных отдела по расследованию особо опасных преступлений, который был создан в основном для раскрытия убийств, совершенных с особой жестокостью. Подразделение это быстро заняло особое, привилегированное положение — сразу начала действовать хорошо организованная сеть точно таких же небольших агентств по всей стране. Мактафф символизировал веру обывателей в непременную поимку преступника — и раскручивалась частично театрализованная, частично реальная круговерть компьютеризированной противопреступной машины. Отдел также занимался преступлениями в сфере налогов и даже борьбой с терроризмом, формально считавшимися исключительной прерогативой федеральных агентов. И хотя отдел считался элитным подразделением, Эйхорд не относил себя к элите. Скорее, к одному из винтиков большой полицейской машины. Он жил, чтобы работать. Он имел свое “я”, как, впрочем, и все люди, но его сутью стало здоровое “я”, которое гордилось выполненной работой, а не почестями; ему было наплевать, что о нем думали другие. Конечно, в какой-то мере Эйхорду хотелось, чтобы его любили, но все же основной наградой для него было раскрытие преступления, а не похвала близкого друга, что в принципе плохо укладывается в человеческом сознании. Поэтому он работал по шестнадцать часов в сутки.