Теперь, чтобы успокоить себя, он приехал в этот призрачный город с трусливым и ничего не значащим названием Голубой город и уже начал действовать. Проверяя свои расчеты, он перебирал в памяти номера машин, которые подобрал прошлой ночью на окраинах, когда разбил “датсун” той женщины. Он размышлял, на какой из них заменить номер машины, на которой приехал сюда, улыбнулся, вспомнив, как легко убил прошлой ночью коммивояжера, — крепким приятным удушьем.

Подумав о текущих проблемах, он решил пройтись по близлежащей аллее между магазинами. Он с трудом вылез — машина даже заскрипела, затем достал из спортивной сумки маленькую канистру для масла, ящик с инструментами и направился к стоявшему неподалеку “меркурию”.

Он выбрал наиболее подходящий для дела номерной знак (он знал номера всех пятидесяти штатов), чуть встряхнул бутылку с маслом и немного поразмышлял над дальнейшими действиями. Затем отвинтил болты с номера своей машины и заменил его другим.

Решив эту задачу, он согнул старый номерной знак в неузнаваемую металлическую гармошку и бросил его в салон машины, чтобы потом выкинуть в ближайшую речушку. Завтра, если позволят обстоятельства, он перекрасит кузов. Слова “маскирующая плевка” и “газеты” всплыли из его подсознания, как бы добавляя что-то к давно отработанному списку необходимых вещей. Он с грохотом уселся за руль и поехал по заброшенным улицам, мертвым и голубым, как он их охарактеризовал. Вливаясь в дорожное движение шоссе, он сбавил скорость примерно до шестидесяти миль в час — темпа перемещения других автомобилей, стараясь держаться в общем потоке. В этот час машину с законной скоростью в пятьдесят пять миль выделить так же легко, как и машину, которая выжимает все девяносто, поэтому он не очень-то жал на педаль газа.

Привычная обстановка как нельзя лучше способствовала разработке ясного и четкого плана, из которого было хладнокровно исключено все экстремальное. Вцепившись в преступно обретенный руль, слушая бесконечное гипнотизирующее жужжание белой линии под колесами, он чувствовал особый комфорт.