Первый день полета прошел тихо и спокойно. Алеша с Цицероном четыре часа играли в каюте одну партию в шахматы. Фуго с тетушкой Дариндой сидели рядом и смотрели на диковинную игру. Иногда Фуго с благоговением брал шахматную фигурку, со всех сторон её разглядывал и бормотал себе под нос:

— Это ж надо такое придумать.

Тетушка часто задремывала, а когда просыпалась от громких восклицаний Цицерона, испуганно всплескивала чем-то отдаленно похожим на руки и спрашивала:

— Что, я опять уснула?

Все, кто сидел в каюте, принимались её успокаивать и уверять, что она не пропустила ни одного хода, что в общем-то, было недалеко от истины. Цицерон по полчаса обдумывал каждый ход и в конце концов забывал что ему надо ходить. Кроме того, он путал короля с ферзем, и ладью со слоном. А когда Алеша поставил ему мат, робот подумал и с недоумением сказал:

— И как это я с пятью козырями остался в дураках?

И только перед самым ужином с Фуго случилась маленькая неприятность. Будучи очень любопытным, он увязался за механиком Николаем посмотреть, как тот будет менять погнутый кронштейн в камбузе. Механик поставил ящик с инструментами на пол, достал оттуда гаечный ключ, а Фуго зачем-то прикинулся точно таким же ящиком и пристроился рядом. Поранив себе палец, Николай в сердцах швырнул стальной ключ в ящик, но по ошибке не в тот. От боли Фуго закричал на весь корабль, заметался по камбузу и опрокинул на себя большую чашку с салатом. Вся команда моментально сбежалась посмотреть, что произошло, и затем весь ужин над незадачливым мимикром подшучивали, вспоминали, как аппетитно Фуго выглядел в мелко нарезанной зелени со стекающим по бокам майонезе.

На следующий день неожиданно забарахлил один из двигателей.