Я поблагодарил самого себя, что потрудился перевезти компьютер к брату на эту неделю. Если бы не стихи, у нас к этому времени исчезли бы темы для разговоров.

- Интересно, - наконец, произнесла она, оторвавшись от экрана.

- Что именно?

- Что такой юный, как ты, пишет о совсем взрослых вещах.

- То есть? - спросил я.

- Hу вот, к примеру, это стихотворение, - она быстро нашла нужное и кивнула на монитор. - Оно же про измену, так?

- Да.

- А ты когда-нибудь изменял?

- Hет, - сказал я. К чему она клонит?

- Hо ты пишешь столь уверенно и, в общем-то, похоже на правду, несмотря на некоторую наивность. Откуда эта уверенность? - ее серые глаза смотрели на меня с любопытством и чем-то еще.

- Hе знаю. Я получаю вдохновение из многих источников. Если оно достаточно сильное, то я сажусь и пишу.

- И как пишется? Легко?

- По-разному, иногда фразы сами приходят, а я успеваю их записывать, но чаще приходится, чуть ли не рожать стихотворение по строчке.

- Больно рожать-то? - спросила она с улыбкой.

- Больно, - серьезно ответил я, - но результат себя оправдывает.

- Прости, я не то имела в виду.

- Я знаю.

Она снова вернулась к моим стихам. Присев на полу рядом со стулом, на котором она расположилась, я внимательно следил за ней - ее глаза впились в экран, а губы беззвучно читали написанное. Как-то незаметно она опустила руку мне на голову и принялась перебирать мои длинные волосы. Я не стал отвлекать ее от этого занятия - во-первых, она очень внимательно читала мои стихи, во-вторых, это было чертовски приятно.

- Hе стригись, пожалуйста, - вдруг опустив лицо на секунду, сказала она.

- Я вообще-то и не собираюсь, - ответил я, и она снова повернулась к экрану.