Я схватился было здоровой рукой за голову, но и голова, и рука оказались к чему-то привязаны.

- Череп! - промычал я, - череп!

- Голова болит? - засуетился дедушка, - сейчас, анальгинчика в ложке разотру.

- Череп зайцу колите! - заорал я, - ясно?

Дедушка крякнул и неодобрительно посмотрел на меня. А потом поправил ремни, которыми я был прочно привязан к двум гигантским осиновым балкам.

- Полежи пока, - сухо сказал дедушка, - у тебя травматический синдром. Тебя нельзя сейчас двигаться. Я врача вызвал, к утру будет. Дороги-то, раскисли. Дожжи!

С этими словами дедушка вышел из сарая и плотно запер дверь с той стороны.

Я бился, рвался и выл.

Зайцы испуганно прядали в клетках и без конца умножали длинные числа с плавающей точкой.

Заснул только часам к трем ночи, совершенно выбившись из сил.

Спал я долго, а когда все же проснулся, в щели сарая бил яркий солнечный свет. Я обнаружил, что припухлость в повязке основательно спала, и обрадовано принялся звать дедушку.

- Полегчало? - спросил он, - вот то-то и оно. Это все травы. Лечебные травы!

- Отвяжите меня, - попросил я.

- А что ж не отвязать, врач приходил, все сделал, сейчас езжайте себе в город со спокойной душой, - дед принялся развязывать узлы на ремнях.

- Он отпилил зайцу зубы? - добродушно пошутил я, с наслаждением вставая и разминая затекшие мускулы, осторожно трогая туго перевязанную руку. Рука чуток ныла.

- Врач хороший, добрый, - сказал дедушка, складывая ремни в сундук, - специалист. Раньше на лесопилке вместе работали, в молодости-то... А потом он в хирурги пошел, а я так и остался, неучем... А как он зайцев любит!

Я похолодел и перевел взгляд на дедушку.

- В смысле, зайцев?

Дед ничего не ответил и торопливо вышел из сарая.

Конец

04 Jun 2003