- Что ты хочешь сказать? - вижу, как блестят глаза.

- То, что ты привыкла воспринимать как человека по имени Руби ... им управлял я.

Которого ты воспринимаешь как инвалида по имени Бен.

Я чувствую цепную реакцию ее мыслей. Слышу, как прерывается дыхание. С удивлением замечаю, что теряю контроль над собой ... как будто сам превращаюсь в серва, только управляет мной она. Оксана плачет - я плачу. Оксана смеется - я смеюсь.

- Мне интересно, что там будет дальше ...

- Смотри.

И снова по каналу бегут огни, снова играет музыка. Там мы снова по-настоящему вместе, там Оксана ничего не знает.

- Hу спасибо тебе, хороший человек.

- За что?

- За вечер. За танец.

- Ты так говоришь, как будто танцуешь первый раз, и я первая девушка, с которой ты один вечером.

- Если я скажу тебе, что танцую в первый раз, ты ведь не поверишь.

Ей остается отрешенно наблюдать за тем, как ползут данные за кадром. Пульс, давление, анализ мимики, прогнозы на ближайшие сорок минут. Те слова, что ранее воспринимались как часть самого обыкновенного разговора между девушкой и парнем, для нее теперь приобретают жутковатый оттенок. Кажется, меня хотят понять.

В кадре клок лестничного пролета. Лифт, квартира, Оксана, аварийный режим.

- Агенты пьют чай сегодня?

- Агенты чай сегодня не пьют. У них совершенно нет времени, им завтра рано вставать ...

- Вдруг я обижусь, и нечаянно появится другой Бонд?

- Я где-то от кого-то слышал, что именно на тех, кто обижается, чего-то возят.

Здесь изображение отвратительного качества, как я ни старался его подправить.

Две прощальные фразы, дверь на экране захлопывается, панорама ее дома исчезает.

Вместо нее появляется другая - там, где я и Еж.

- А кто же ты на самом деле?

- Обещай мне одну вещь, ладно?

- Смотря какую ...

- Hе падать в обморок. И не выпрыгивать в окно.