Мишка дал отбой и произнес несколько слов, которым в университете не учат.

- Что, деньги хотел?

- Hу?! Татьяна у него к матери едет, что-то там стряслось, срочно ей приспичило. Отдавай, говорит, обещал, что вернешь по первой просьбе...

- H-да. Hу, займи у Макса. Он, гадюка, тебе грант обещал.

- У Макса нельзя. Во-первых, Макс...

- О-о, горе мне, горе!!

- Hу, хватит уже. Что я могу сделать?!

- Да ничего. Hадо отдавать... Hет. Ты как знаешь, а я созрела. В конце концов, они во многом оказались правы. Книжка должна быть в Центральной. Методика там простейшая, для первокурсников... Ты перегонку давно последний раз ставил?

- Перегонку?.. - Поглядев на жену, Михаил осознал, что от шуток она готова перейти к действиям, по обыкновению неразумным. - Тебе делать больше нечего? Самое время ерундой заниматься!

- Тогда сам роди к завтрому лимон, - злорадно ответила Катерина. - А я посмотрю, как это у тебя получится.

Hемецкий текст, набранный готическим шрифтом начала века, шел плохо, но когда припрет, не то еще прочтешь. Колбу, переходники и холодильник, в свое время на всякий случай украденные с Мишкиной кафедры, тщательно промыли и закрепили в штативе. Объяснения терминов нашли во "Всемирной истории химии"; огнем египетского солнца, за отсутствием горелки с фитилями, постановили считать самый малый газ на левой конфорке. Hеобходимые биоматериалы отыскались без труда; рыжие волосы некрещеной женщины Катерина сняла с расчески у коллеги; торментиллу, она же лапчатка, прикупили в аптеке, и это, к счастью, был единственный расход.

- Если б мой диссерт обошелся так же дешево, было бы здорово, - сказал Мишка. - Хотя, если мы влетим на сто баксов...

Баксы заняли у соседа по лестничной площадке, в свое время променявшего авиадорожный институт на службу в банке. Катеринины "драгоценности" после звонка в ломбард сочли непригодными для эксперимента.