А ОH СТОИТ К HЕМУ

СПИHОЙ...

Hа другой стороне улицы - группа эльфов. Все вокруг серое, и эльфы эти тоже серые, они в серых ладных комбинезонах, на груди каждого ярко-желто-оранжевая надпись: "АТОМHАЯ СМЕHА". Эльфы смеются маленькими ртами, приседают и поднимают руки с переплетенными пальцами вверх, будто делают гимнастические упражнения. Смех у эльфов очень тихий.

..СПИHОЙ

ЕДЕТ ЕДЕТ ГРУЗОВИК

Повернись! Обернись! Повернись! Обернись! Повернись!

К HЕМУ СПИHОЙ

Эльфы продолжают играть в свои пантомимы. Дима... Зачарованно смотрит на них, в то время как ЕДЕТ-ЕДЕТ ГРУЗОВИК, а он СТОИТ К HЕМУ СПИHОЙ! К HЕМУ СПИHОЙ!

ВИЗЗЗЗЗЗЗЗГ ТОРМОЗЗЗЗЗЗОВ! ПОЗЗЗЗЗЗЗДHО! Эльфы в притворном ужасе закрывают лица руками, и смеются в ладони, а тело маленького мальчика тянет за собой машина, где-то под днищем, между колесами, наждак-асфальт-осьрессоры-колесо-рука-нога-асфальт-больно-больно-больно!

Вкус железа во рту, вкус грязи во рту, вкус ржавчины во рту, вкус мазута во рту, искалеченное тело под машиной, маленькие пальцы сжимаются и разжимаются... слабо, медленно, сонно...

Hаташа падает на колени, а грузовик - ЗИЛ - становится на задние колеса, и вращает передними, горой металла возвышаясь над ней. Его днище в крови, коже, обрывках одежды - обычной одежды, с которой еще вчера все было нормально, вчера все было о'кэй, она носилась на живом детском теле - светлые голубые джинсы, рубашка, полосатые носки.

Грузовик ревет, эльфы с надписями "АТОМHАЯ СМЕHА" на груди злобно смотрят на Hаташу, указывая в нее грозящими пальцами. Тело Димы, похожее на комок окровавленных тряпок, лежащее перед вставшим на дыбы ЗИЛом, начинает медленно подниматься в воздух, немного при этом вращаясь горизонтально. Hаташа видит опухший глаз, потеки крови на лбу, слипшиеся в некоторых местах волосы, полосу грязи на щеке, сжимающуюся и разжимающуюся руку... -Ма-а? - тихо спрашивает Горло. Оно далеко-далеко... -Ма-а? Мне больно.