Христиане всегда изучали историю. Вернемся во времена Геродота. Он писал, что египтянки были настолько развращенными и богохульными, что поклонялись своим богам, предаваясь отвратительной похоти и выставляя напоказ радости плоти. В те древние времена удовлетворение похоти за деньги считалось нормальным. В этом не было ничего постыдного. Неутолимый сексуальный аппетит считался достоинством, а не пороком. Когда умирала красивая молодая женщина, горячие египтяне считали вполне нормальным наслаждаться ее телом до тех пор, пока оно будет готовиться к бальзамированию. Такие истории не рассказывали в приличных компаниях, но многие образованные люди викторианской эпохи отлично знали, что в Библии для шлюх не нашлось ни одного доброго слова.

Слова Христа о том, что бросать камни может только тот, кто сам без греха, были прочно забыты. Целые толпы собирались посмотреть на обезглавливание или повешение. Убеждение в том, что грехи отцов падают на сыновей, преобразовалось в твердую веру в то, что грехи матерей обязательно проявляются в детях. Томас Хейвуд писал, что женщины, нарушающие закон, несут на себе печать позора и бесчестия. И отрава греха переходит на «потомство, которое появляется от незаконного и испорченного сношения».

Двести пятьдесят лет спустя английский язык стал проще для понимания, но викторианские взгляды на женщин и безнравственность остались теми же самыми. Сексуальные отношения необходимы только для продолжения рода, а «трепет» является катализатором зачатия. Шарлатанские заблуждения разделяли и ученые, утверждавшие, что «трепет» есть необходимое условие для того, чтобы женщина забеременела. Если беременела изнасилованная женщина, значит, она испытывала оргазм во время насилия, а следовательно, этот акт нельзя считать совершенным против ее воли. Если изнасилованная женщина не беременела, значит, она не имела оргазма, а следовательно, ее обвинения против насильника совершенно справедливы.