«Я считаю, что преступник чудовищно изуродован, — говорилось в письме, связанном с уайтчепелскими убийствами и полученном полицией 4 октября 1888 года. — Возможно, у него отсутствует половой член. Поэтому он мстит за свою неспособность к сексу ужасающими жестокостями». Письмо было написано фиолетовым карандашом и подписано «Скотус», что по-латыни означает «шотландец». У слова «Scotch» есть и другое значение — в английском языке оно означает небольшой надрез или порез. Подпись «Скотус» могла ассоциироваться и с удивительным теологом, специалистом по грамматике и диалектике Иоханнесом Скотусом Эригеной, жившим в IX веке.

Уолтер Сикерт не мог представить себе Уистлера влюбленным и наслаждающимся сексуальными отношениями с женщиной. Подобные мысли могли стать катализатором процесса, который превратил Сикерта в одного из самых опасных и ужасных убийц всех времен и народов. Он начал воплощать то, что изображал всю жизнь, не только в мыслях, но и на бумаге. Еще в детстве он рисовал похищенных, связанных и зарезанных женщин.

Психология жестокого, безжалостного убийцы определяется вовсе не ближайшими к убийству событиями. Нет доходчивых объяснений или неопровержимых доказательств причинно-следственной связи. Но компас человеческой природы может указать определенный путь. Чувства Сикерта могли быть пробуждены женитьбой Уистлера на вдове архитектора и археолога Эдварда Годвина, человека, который жил с актрисой Эллен Терри и усыновил ее детей.

Чувственная красавица Эллен Терри была одной из самых знаменитых актрис викторианской эпохи, и Сикерт с ума сходил по ней. В подростковом возрасте он выслеживал ее и ее партнера по сцене, Генри Ирвинга. Теперь Уистлер оказался связанным не с одним, но с двумя объектами мании Сикерта, и эти три звезды во вселенной Сикерта образовали созвездие, в котором ему самому не осталось места. Звезды не оставили ему ничего. Он стал настоящим господином Немо. Господином Никто.