После сеанса шлялся по городу, зашел в винный магазин, там где разливают. Смотрел долго как пьют, говорят. Странно все это. И жалко... Один мужик говорил умные вещи, что-то насчет супраментализации русской нации, про Бога, астрал, бессмертие, еще про что-то. Его никто не слушал, а мне понравилось. Плохо, что он потом, как свинья, свалился.
7 мая 198. г.
Ночью написал стих про этих людей в винном, и про предков, вообще про всех, пока никак не назвал.
Когда ночь опускает занавес черным небом над Ленинградом
И никто в небесах не видит закулисную жизнь людей,
Появляется Достоевский, режиссер наших душ безвзглядных,
Появляется Достоевский, Бог тоски, не имущий церквей.
В саром камне, покрывшем стены, в фонарях, мерцающих желто,
В тусклых блестках воды канала, в царстве пьяниц, поэтов, блудниц,
Перед нин преклоняются слепо, бессознательно, глухо, стерто,
Его видят, слышат, боятся, на колени падают ниц.
Он здесь царь. Все ему подвластно. Все: и скрытые
наши страсти,
И грехи, и мечты, и драки, и распивочных жар, игра
В невиновных, в невинных, в жалких, в беспокойно ждущих участья.
Взгляд безмолвный видит всю кривду и вводит нас в ночи астрал.
Когда день открывает занавес и с неба смотрят с заботой
На то как мы просыпаемся, дети своей страны,
Достоевский нас покидает, и мы спешим на работу,
А с неба следят, не зная нашей ночной вины.