Получил голубой берет, тельняшку, знаки десантного отличия и послали его прямиком в Чечню. Где то ли война идет, то ли нет, самим военным это непонятно. И как только выгрузили их из машины, так засвистело вокруг, загрохотало, по небу дым черный потянулся. То враг их обстреливать начал. Ваня даже автомат поднять не успел или на землю упасть, как рядом мина рванула и потерял он сознание. Очнулся в госпитале. Hоги нет, руки тоже. Врачи лишь сочувственно головами качают - оторвало, ничего не поделаешь. Тут узнал Ваня что в живых из всей той заставы, куда они приехали только он остался и еще двое. Один контужен и ничего не понимает, а второй тоже сильно пораненный, обожгло его огнем. Hо зато завтра телевидение приезжает, чтобы их, героев, всей стране показать. И действительно приехали.

И не только журналисты с телекамерами. Сам генерал из Москвы прилетел, лично орден вручил и руку пожал. А перед телекамерами патриотическую речь произнес, что мол не перевелись герои на Руси. По быстрому правда сказал, а то обратно надо успеть было, проверить как дача солдатами строиться, теми что в Чечню не попали, а то неровен час напортачат что-нибудь не так.

Говорили, что и сам президент должен был приехать, но не приехал, дела видимо не дали, зато письмо прислал, с благодарностью и собственноручно подписанное. Ванька в этой всей суете мало что понимал, не отошел еще от ранений, да и лекарств ему накололи успокаивающих. Он все о маме с папой думал - как они там. А они на следующий день приехали. Гостинцев привезли, поплакали и когда Ванька немного поправился домой забрали. И стал Ванек к новой жизни привыкать. А как к ней привыкнешь? Хотел сначала себя порешить, но без посторонней помощи даже этого не мог. Мать с отцом за ним конечно ухаживали, но они ведь старенькие уже, самим скоро уход понадобиться. О работе вообще речи нет. А в собесе ему такую пенсию выписали, что курам на смех и то не хватит. Хотел было Ваня спиться, но как при таких деньгах сопьешься? Просто выпить и то не наскребешь.