- Ты поиграй там пока, - пояснил он ведя сына по огромной территории к свалке, - можешь крутить и отворачивать все что хочешь. Там работает мой хороший знакомый Иван Дмитриевич, а в пять часов я за тобой зайду. Извини, но сейчас конец квартала и испытания обязательно надо завершить на этой неделе.

Собственно на свалку, в общепринятом значении этого слова, то что увидел Глеб было совсем не похоже. Большой навес под которым складировались ценные блоки и детали, которые потом должны были отправить на переплавку или использовать для производства других "изделий". А вот за этим навесом располагалась самая настоящая свалка, там стояли ржавые корпуса машин, цистерны с многочисленными вмятинами, и много другого, ненужного никому металлолома, лежащего здесь уже несколько лет. Хороший знакомый отца, завсклада выбракованных изделий, так официально называлась его должность, Иван Дмитриевич, оказался добродушным старичком, чем-то похожим на преподавателя в техническом кружке Глеба, с той лишь разницей, что от Ивана Дмитриевича неприятно несло спиртным.

- Вот паренек, тут все мое хозяйство, - сразу начал хвастаться он, ведя Глеба между нагромождением разных железок, - тут всего полно. Ракету собрать можно. Да что там ракету - космический корабль.

- Hе, - Глеб покосился на переплетение проводов в списанном генераторе, - ракету не соберешь -слишком сложно.

Старик явно чувствовал себя одиноко на этом складе, куда редко кто заходил.

Поэтому он охотно разговорился с Глебом, точнее рассказывал о своей жизни.

Глеб слушал внимательно, изредка задавая вопросы, а потом сам рассказал о кружке и ракетах, которые там делал. Время пролетело незаметно, и когда в пять часов за ним пришел отец, Глеб даже удивленно посмотрел на свои часы, решив, что тот зашел за ним пораньше.

- Ты мальчик заходи когда хочешь, - сказал на прощание Иван Дмитриевич, и когда отец отошел, понизив голос, добавил, - тут у меня "вторая проходная"