Старик так и впился глазами в этот предмет. Он нервно надел очки и дрожащей рукой, осторожно, двумя пальцами, взял вещицу и поднес ее к глазам. Несколько минут он придирчиво рассматривал ее со всех сторон, бормоча что-то себе под нос. Ребята молчали, и только Дима толкнул Егора в бок, давая понять, что антиквар оценил талисман.

— Да, любопытно, очень любопытно… — бормотал антиквар. — Я бы, пожалуй, взял эту вещь. Рублей, скажем, за тысячу? — И он внимательно посмотрел на Егора поверх очков.

— Аркадий Вениаминович! Да за тысячу я и сам бы его купил! — воскликнул Дима, снова толкнув в бок уже готового было согласиться Егора.

— Таких талисманов у меня полно! — Антиквар бросил злобный взгляд на Диму. — Целая витрина! — И он указал на отделение одного из шкафчиков, где действительно хранилось немало подобных вещей.

— Не совсем таких, — парировал Дима. — Вы же видите, что техника тут гораздо тоньше. Да и орнамент очень интересный…

— Да, орнамент необычный, — с неохотой согласился старик. — Может, эта вещь вообще более поздняя работа…

— Придется обратиться в музей, — притворно вздохнул Дима.

— Зачем же в музей? — заволновался антиквар. — Эту вещь я и сам оценить смогу…

Торг продолжался еще несколько минут, пока, наконец, Дима и старик не сошлись на сумме, в несколько раз превышающей первоначальную. Егор и не предполагал, что стал обладателем столь ценной вещи. Он даже подумал, что, раз уж талисман такой редкий, его, возможно, действительно следовало отнести в музей. Да и тот чудак, который его подарил, похоже, не имел об истинной ценности предмета никакого представления. Но, с другой стороны, почему бы не получить хоть какую-то компенсацию за несколько неприятностей, произошедших с ним в последние два дня?

Антиквар, кряхтя, отвернулся к небольшому шкафчику, где, очевидно, хранил деньги. Он долго звенел ключами, а потом, слюнявя пальцы, отсчитывал бумажки и вздыхал. Наконец, он запер шкафчик на ключ и вновь обернулся к ребятам. Старик высказывал сожаление, говорил о том, что ребята его разоряют, но при этом не смог скрыть до конца своего интереса и радости. Очевидно, он был готов отдать за редкий талисман много больше.