Комендант нашего дома, высокий и усатый дядя Яфай, сказал моей маме в первый же день нашего приезда:

— Слушай меня и крепко запомни. Я есть первое лицо над всеми жилыми домами нашего завода. На этом дворе ты после меня — второй человек. Смотри, чтобы у тебя была полная дисциплина, как в смысле чистоты, так и в смысле порядка. Чувствуй себя большой хозяйкой!

Я быстро прикинул в уме: если моя мама вышла на второе место, то я, во всяком случае, должен занять третье место.

Я тоже попытался стать хозяином, да из этого первый раз ничего не получилось.

Это произошло, когда главный инженер, который строил наш дом, водил за собой горсоветскую комиссию. Водил и всё хвалился, как хорошо построен дом. Я тоже увязался за ними. Понятно, без ребят мне скучно, и вот идёшь за кем попало…

Впереди шёл главный инженер, объясняя, как он строил. За ним — два дяди с портфелями и одна тётя с блокнотом. Она жадно следила за объяснениями нашего инженера и норовила все его слова упрятать в блокнот.

Я плёлся сзади, стараясь походить на главного инженера: приподнял подбородок, выставил живот, засунул руки в карманы брюк. Выходило так, что один главный инженер идёт впереди, а другой замыкает шествие.

Когда осмотрели гараж, главный инженер сказал:

— Вложили всю любовь. Не гараж, а дворец!

Дяденьки закивали головами, а тётенька стала дотошно расспрашивать:

— Не назовёте ли имена лучших ваших строителей?..

Комиссия, видно, осталась довольна, а я не сдержался.

— Под первым окном трещина, огромадная! — сказал я.

Все нагнулись и увидели трещину. Моё замечание, наверно, не понравилось главному инженеру.