- Ты про кого?

- Да, про отца своего.

- Он у тебя в милиции работает?

- Ты меня вообще слушаешь? Я же тебе только что сказала.

Что же это получается? С одной стороны нежелание делать аборт, с другой - отец, работающий в милиции. Хорошо она про него мне ввернула, не подкопаешься. Какой же делаем вывод? Хоть и несколько поспешно, но в голову приходят два возможных варианта - свадьба под дулом пистолета ("мы сделаем ему предложение, от которого он не сможет отказаться" тут же вспомнилось) или на худой конец алименты. Впрочем, учитывая, что она совсем юна алименты тоже отпадают - родители вряд ли позволят такой позор, как мать-одиночка в своей семье. В противном случае - отец в милиции и вытекающие последствия. О последнем мне даже думать не хотелось - до сих пор, заполняя бланки различных анкет, с чистым сердцем в соответствующей графе я писал "не привлекался". Хотелось бы иметь основания писать так и дальше. Мда ...

Ирина тем временем заплакала и я, естественно, принялся утешать ее. За этим занятием нас застал звонок в дверь. Ирина тут же как могла привела себя в порядок, надо сказать это получилось у нее довольно неплохо и пошла открывать дверь. В прихожей раздались голоса, оба не молодые. Судя по звукам поцелуев, это были ее родители. Hу, здравствуйте, вас нам только не хватало!

Тем временем, голоса в прихожей на секунду смолкли, после чего раздался громкий мужской голос:

- Hу и где он? Показывай.

О, Боже, только не это. Hеужели это ее отец и он все уже знает?

В зал зашел дородный мужчина лет сорока пяти. Поредевшие русые волосы и красная физиономия дополняли его солидный живот, однако само лицо не вязалось с его простоватым видом - оно было очень интеллигентным и полным внутренней силы. Увидев меня, он протянул руку.

- Hу, здравствуй, здравствуй. Давно хотел тебя увидеть, а то Ира как партизан - слова из нее не вытянешь, - довольно гостеприимно сказал он. Hу, будем знакомы. Меня зовут Леонид Михайлович, а тебя, кажется Костей, да?