Мелкими, какими-то плывущими шажками А-уа поднялся по ступеням ближнего здания. Узкая четырехрукая фигура помаячила среди колонн и исчезла в их тени.

Гиава IV. Между жизнью и смертью

Комиссар мельком подумал, что за ним следовало бы проследить — всякое может случиться, но все же решил не подавать гуманонду лишнего повода для подозрений. Забравшись в кабину челнока, он занялся составлением доне^ сения на Карриор.

Текст должен быть кратким и емким, способным уместиться в одну единицу информации, передаваемую за сотую долю секунды. На текст большего объема в батареях челнока просто не хватит энергии. Дарт задал соответствующую программу компьютеру; электроника вскоре выдала необходимый блок, который комиссар приготовил для запуска в субпространственный эфир. Затем он выбрался из челнока и прошелся, нетерпеливо поглядывая на громадное здание, где скрылся загадочный профессор.

Вскоре нелепая фигура А-уа вновь замаячила у колонн. Гуманоид сходил по гранитным ступеням, держа в двух нижних руках какую-то коробочку. Она была раскрыта, и А-уа двумя верхними руками перебирал ее содержимое.

— Вы готовы? — спросил Дарт.

— Теперь да, — откликнулся гуманоид.

— Садитесь в кабину. Нам предстоит полет на предельной скорости, — предупредил комиссар, устраиваясь в кабине рядом с инопланетным профессором. — После того, как я отправлю донесение на Карриор, счет времени для нас пойдет на секунды…

— На секунды? — переспросил А-уа повышенным тоном, обозначавшим, по-видимому, удивление. — Я привык отсчитывать время тысячелетиями, а тут вдруг — на секунды… Как хотите, но мне трудно в это поверить…

— Ничего, это с непривычки, — с этими словами Дарт включил двигатели.

В дюзах челнока глухо заревело разгорающееся фотонное пламя. Комиссар положил руку на ключ субпространственной связи. Сеанс одностороннего контакта с Карриором длился мгновение. Четырехрукий пассажир челнока вряд ли даже понял, что донесение отправлено, а комиссар уже вцепился обеими руками в рычаги управления.