Зауггут говорил на одном из старинных наречий планеты Шабур, которая раньше остальных развитых планет начала практиковать межзвездные перелеты в субпространстве' наречие это давно уже стало чем-то вроде галактического эсперанто, на котором общались гуманоиды разных миров. Все космолетчики прекрасно владели им, обходясь в общении друг с другом без лексикаторов, и Дарт не удержался, чтоб на том же языке не ответить своему истязателю:

— А не подавишься, ты, упырь?

Зауггут, действительно, едва не лопался — до того он нажрался.

— Ничего, полип, — икая, процедил бандит сквозь зубы, запуская свой длинный ноготь Дарту под ребро. — У меня хватит времени, чтоб переварить твоих дружков и снова проголодаться. Полипы, которых ты вызвал сюда, будут здесь самое скорое — через общегалактические сутки. За это время мои молодцы снимут с нашей базы па астероиде кое-какие вещички и мы уберемся отсюда. Нам здесь больше нечего делать. Мы выполнили свою миссию в вашем созвездии и уходим, но вместо нас придут другие! Здесь появится мощный боевой флот Рассадура, и всей вашей задрипанной Конфедерации настанет крышка, так и знай! Ха-хаха-ха!..

Зауггут схватился за свои раздутые бока, давясь от хохота.

— Никогда вы нас не покорите, — сказал Дарт изо всех сил стараясь не показать ужаса, который вызвали в нем последние слова Зауггуга. — За смерть моих друзей ты ответишь. Недолго тебе осталось людоедствовать. Это говорю тебе я, Гиххем Дарт, а я никогда не бросал своих слов на ветер!

— Ты мне начинаешь, нравиться парень, — осклабился бандит. — Я закушу тобой с особенным удовольствием. А сейчас, — он обернулся к подручным, — возвращаемся к астероиду. Нам предстоит работа по перетаскиванию добычи на борт звездолета. Полипы должны найти астероид пустым, ясно? А я тем временем, — он с ухмылкой бросил плотоядный взгляд на Дарта, — пойду сосну. Мне надо переварить обед перед предстоящим ужином… Ха-ха-ха-ха!..