Огненная струя насквозь прожгла череп, тело сползло, и в следующий момент Дарт полоснул лучом по второму пилоту. Тот вскрикнул, откинувшись с обожженной грудью. Третий пилот успел нырнуть за спинку кресла, вскидывая на ходу бластер. Из-за кресла вырвйлся ответный луч, но с Дартом он ничего поделать не мог. Единственное, что удалось бандиту — это прицельным огнем вывести из строя лучевой пистолет комиссара.

Дарт отбросил ненужное оружие и, не скрываясь, пошел прямо на огонь. Бандит палил по нему в упор, луч дымился на груди Дарта, но комиссар не чувствовал ничего, кроме гнева и желания расправиться с бандитом. Подойдя, он вырвал у него из рук бластер и размахнулся, готовясь опустить приклад на его голый череп, как вдруг вспомнил, что находится на звездолете, созданном вне Конфедерации, странном и незнакомом, с системой управления которого ему одному, пожалуй, справиться будет нелегко…

Бандит, скрючившись, жался к основанию пульта и маленькими глазками, в которых застыл ужас, поглядывал на Дарта.

— Вставай, — приказал Дарт.

Бандит поднялся. Это был невысокий антропоморфный гуманоид с крупной головой, узкими глазками, одним носовым отверстием посреди лица и круглым ртом, из которого вырывались гортанные звуки на галактическом эсперанто.

— Звездолет идет на сверхсветовой скорости и через час погрузится в субпространство, — сказал пилот. — Любая неосторожность в управлении чревата мгновенной гибелью. Тебе настанет конец вместе с нами.

— Именно для того, чтобы этого не случилось, я и оставил тебя в живых, — холодно ответил комиссар. — Итак, показывай: где расположена система ввода в субпространство? Как осуществляется связь с компьютерным центром? Где информация о маршруте? Если ты не ответишь на эти и другие мои вопросы, то мне все-таки придется тебя убить. О моем присутствии на корабле еще никто не знает, и, сам понимаешь, я не могу позволить себя обнаружить… Для всех вас я мертв, меня не существует, я болтаюсь где-то в космосе! И чем дольше я буду оставаться покойником, тем больше будет у тебя шансов выжить. А когда на звездолете появится полиция, я, так и быть, замолвлю за тебя слово… Так что думай.