Когда она вернулась домой, мама встретила ее в передней и прошептала на ухо:

- Жених пришел!

Алевтина вспыхнула и помчалась переодеваться.

Она появилась в столовой, одетая в лучшее платье, где пышный бант заменял отсутствующую грудь.

За столом пял чай с домашним вареньем жених лет пятидесяти. А в углу прятался за табачным дымом отец Алевтины, Василий. Александрович, который к сватовству относился с отвращением.

За последние десять лет, после ряда безуспешных попыток, требования Алевтины к кандидатам на пост мужа резко упали. И поэтому жених не произвел на нее отталкивающего впечатления. В самом деле, он не был горбат, одноглаз и не носил слуховой аппарат. Он сказал внятно, не шепелявя и не заикаясь:

- Ну, здравствуй!

- Здравствуйте! - ответила Алевтина, протягивая руку, сложенную совком.

Здороваясь, жених с места не приподнялся и руки не поцеловал.

- Меня зовут Иван Степанович. Фамилия Калачев. А тебя как?

- Аля, - она засмущалась и присела на краешек стула.

- Вы пейте чай, Иван Степанович, - вступила в беседу мама. - Это варенье Аля сама варила.

Иван Степанович разглядел невесту, и ее внешность ему не понравилась. Сразу встать и уйти было непорядочно. Иван Степанович завел вежливый разговор: - Значит, в фотографии работаешь, приемщицей?

- Да… - прошептала Алевтина… - прошептала Алевтина.

- Это ничего. У нас любой труд почетен.

Отец закашлялся от дыма и от гнева.

- Варенье у тебя вкусное… - Иван Степанович вовсе не хотел обижать Алевтину. Она же не виновата, что у нее такое лило.

- Аля замечательно готовит, - хлопотала мать. - Вот когда зайдете в следующий раз, Аля вам яблочный пирог спечет.

- Не знаю, когда еще выберусь, - вздохнул Калачев, - работа у меня беспокойная, я ведь директором автобазы… - Он поглядел на часы и фальшиво заохал: - Засиделся у вас. Пора мне. Спасибо за чай!