- Денег ни у кого нет. Под Новый год все растратились, - уныло сетовал Полотенцев.

- Мы не можем ломать традицию. Мы живем дружно, такие мероприятия сплачивают коллектив, - настаивала председатель месткома.

- Я не против, - сдался Кирилл Иванович. - Но где взять деньги?

- В кассе взаимопомощи.

Полотенцев распахнул дверь и позвал Орешникова:

- Володя, открывай сундук и неси взносы.

- Зачем? - нахмурился Владимир Антонович.

- Нужны! - сказала Алевтина.

- Вы все сговорились, что ли? - вдруг взбунтовался Орешников.

Он выскочил из кабинета, хлопнул дверью, промчался по комнатам, со злостью открыл сейф, достал из него бумажку, которую он положил туда вместо денег, вернулся обратно и сунул эту бумажку под нос директора:

- Эти взносы я первый одолжил! Вот расписка! Полотенцев и Алевтина с удивлением воззрились на невиданный документ.

- Что же нам делать, - искренне огорчилась Алевтина. - Мы каждый раз под Новый год собираемся…

Орешников тоже расстроился:

- Если бы я знал, что это для такого святого дела, как междусобойчик, я бы ни за что их не потратил.

- Ну ладно, Володя, - примирительно сказал директор, возвращая расписку Орешникову, - придумаем что-нибудь.

- А на что вы их потратили? - Алевтиной двигало не женское любопытство, а чувство общественного долга.

- Купил облигацию, - оптимистично сообщил Орешников. - Мне нужно выиграть четыреста двадцать рублей.

- Почему четыреста двадцать? - весело осведомился Полотенцев. - Почему не десять тысяч?

- Хочу купить фотоаппарат «Зенит-112».

Полотенцев рассмеялся. Но Алевтина насторожилась.

- Завтра я этот долг погашу! - объяснил Орешников. - С выигрыша.

При этих словах Кирилл Иванович засмеялся еще громче.

Алевтина по-прежнему не видела в поведении Орешникова ничего смешного.