- И так неприятностей полна коробка, а мы еще драку добавим до кучи! Хорош!

Выпили, помирились и забыли - работать надо. И пошел со стаканом греться к огню.

- Ладно уж, хуй с тобой! Hе буду я тебя бить! Иди сюда, ебни полстакана! Хотя и не заслужил. - ядовито пропел Кошкин и протянул Лидскому кружку мира.

- А уж Авдей-то тоже, мудак! "Служебное расследование!" Какое служебное расследование, к хуям! Мы сюда поехали добровольно, оказать помощь семье покойного, не обязаны мы это делать. С техникой безопасности никто не знакомил, я нигде ни хуя не подписывал, какое расследование? - Федун уже минут пять разорялся в этом духе, и тут вдруг его речь была прервана диким воем со стороны костра. Спиной к пламени стоял Коноплев, из-за спины его валил вонючий дым. Боясь пошевелиться завхоз вопил " Горю! Горю!".

Опять Коноплева повалили на снег. Hа спине у него образовалось желтое премерзкое пятно с обгоревшими краями. Куртка явно погибла.

- Ты ж на снег с бензином ебнулся, и не отряхнул ни хуя...А потом к костру спиной встал - и пиздец...доложил технологию случившегося Федун.

- Куртку месяц назад купил... Триста сорок тысяч... Убью малолетку! и гуманист Коноплев бросился на Лидского с лопатой.

- Hу уж хер! Я не ебнул - и ты не ебнешь! - возмутился Кошкин, и вцепился в лопату с другой стороны.

- Hу да, оба еще в костер наебнитесь, во завтра поржем в гараже! лениво отреагировал на сцену Федун. А мне прокричал:

- Хорош подкладывать. Копать начинать пора.

Земля промерзла глубже, чем отогрели костром. Я орудовал ломом, а худосочный Лидский выгребал совковой лопатой. Через полчаса нас подменили Аркадий и Федун. Пострадавший завхоз ушел в будку комменданта и там пропал.

Через два часа глубина могилы уже подходила к метру. Тут к нам подошел какой-то мужик и спросил:

- А чего они не сказали, что сами людей пришлют? Блядь, у меня люди пришли, от дел оторвались, а вы тут уже почти все и выкопали...