Я подошел к фермеру, придвинул лицо к его физиономии и сказал негромко.

– Мистер Рипли, мы с вами давно не виделись, и у вас было достаточно времени выполнить обещание, которое вы мне дали. Помните? Что телят надо оперировать, когда им месяца три, не больше, и что вы замените эти ворота. А теперь поглядите на своего бычищу и поглядите, во что ваши ворота превратили мой костюм.

Фермер с искренним огорчением оглядел прорехи, украсившие мои брюки, и даже потрогал пальцем большой лоскут, свисавший с рукава у локтя.

– Да-а, нехорошо получилось, вы уж извините. – Он посмотрел на быка. – Да и этот, конечно, великоват маленько.

Я промолчал. Несколько секунд спустя мистер Рипли откинул голову и с твердой решимостью посмотрел мне прямо в глаза.

– Что плохо, то плохо, – сказал он – Но знаете, что? Этого вы уж сегодня ущипните, а я послежу, чтоб впредь такого больше не случалось!

Я погрозил ему пальцем.

– Вы ведь уже мне говорили то же самое. Но теперь я могу положиться на ваше обещание?

Он с жаром закивал.

– Уж ручаюсь вам.

2

– О-о-х, о-о-о!

Надрывные рыдания в трубке мигом прогнали мой сон. Был час ночи, и, когда меня разбудило назойливое бренчание телефона, я ожидал услышать хриплый голос какого-нибудь фермера, чья корова никак не могла растелиться.

– Кто это? – спросил я с легким испугом. Что случилось?

Ответом мне было горькое всхлипывание, а затем мужской голос произнес между двумя рыданиями;

– Хамфри Кобб говорит. Ради всего святого, поскорей приезжайте. Мертл, по-моему, умирает!

– Мертл?

– Ну, да. Собачка моя! До чего же ей плохо, о-о-о-х, о-х-о-о!

– Но что с ней?

– Пыхтит, хрипит. По-моему, вот-вот дух испустит. Приезжайте побыстрее.

– Где вы живете?

– Седр-Хаус. В конце Хилл-стрит.

– Знаю. Сейчас буду у вас.

– Вот спасибо! Мертл долго не протянет. Поторопитесь, а?