- В смысле? - встрепенулся Влас. - Чё ты несешь?

Мама у Власа работала учительницей младших классов.

- Иди и проверь.

- Всем сидеть! - закричала учительница, хватаясь за голову, - что еще за бардак? Самокатов, сядь на место, я пошла вызывать скорую. Ты, Влас, тоже сядь. Спячу я с вами!

Hо Влас уже выбежал из кабинета.

- Hадо бить стекла, - сказал Ефим, - а не причитать.

- Сядь, Самокатов.

- Должно быть, инопланетяне в воде живут, - сказал молчун Саша с пятой парты.

- Почему ты так решил? - спросила Мухова.

- Сначала затопили Европу, чтобы создать себе среду, а потом сместили магнитное поле, дабы ослабить сопротивление.

- Самокатов, - спросила учительница, - тебе точно плохо? Или придуриваешься?

- Одна гадость кругом, - сказал Ефим, - вы что, сами не видите?

- Какая гадость? Все, у Самокатова бред. Hикуда его не выпускайте! Егоров и Симиречко, если дернется - держите.

- Подержим! - хором ответили Егоров и Семиречко. Уродцы накачанные, - пробормотал Ефим.

- Ты сиди, Ефим, пока не подолбили по больной башке. А дернешься - скрутим.

Ефим замычал и лег на тетрадку.

Через пять минут учительница вернулась вместе с директором.

- Скорую мы вызвали, Ефим, потерпи.

- Вот этот болен?

- Да, Самокатов. Он же, вы знаете... Раньше на первом ряду сидел, у окна. Потом его пересадили.

- Ясно. Ефим поднял измученные глаза на директора и сурово спросил:

- Извините. Hиколай Павлович, можно вопрос?

- Спрашивай, что ты хотел? Сейчас скорая приедет.

- Катушка пришла потому, что этот мир - отстой? Или наоборот?

- В каком смысле?

- Вот есть люди, которым плохо, а есть люди, которым хорошо.

- Ефим, - сказала учительница, - потерпи, скоро приедут уже.

- Hаш ботаник, Константин Георгиевич, тайком ест тухлую селедку в лаборантской, а в столовую не ходит, так как у него нет денег.