— С удовольствием, — сказал я, надеясь, что это звучало так, словно я на самом деле так и думал.

Я ПОПАЛ на борт "Ревенанта" через телепорт, да к тому же был при этом без сознания, поэтому в тот момент я впервые увидел ангарный отсек военного корабля.

Первым моим впечатлением, пока я проходил через герметичный люк, который закрылся у меня за спиной скользя с визгом трущегося металла, было ощущение единой целенаправленной деятельности. Неизбежная толпа сервов ордена суетилась под руководством горстки людей, чья осанка и поведение выдавали их более высокий ранг даже при том, что знаки различия на их форме были по прежнему мне не понятны. Поражающее количество имело видимую аугметику, которая достаточно ясно указывала или на степень опасности их профессии (даже по меркам службы на военном корабле), или на готовность добровольно принять любые, полезные в работе усовершенствования, которую я раньше встречал только среди Адептус Механикус. Я подозревал последнее, поскольку из того что я узнал от скитариев на борту "Благословения Омниссии", между Отвоевателями и аколитами Бога-машины существовал некий договор. Но думать об этом времени не было. Грайс с его свитой были ясно видны издали, возвышаясь над ближайшими членами экипажа, и я как можно быстрее направился к ним через отдающую эхом металлическую равнину.

Как и все ангары, которые я видел, этот отсек был огромен, но само его пространство было на удивление приятным. Впервые с момента прибытия на борт я избавился от ноющего чувства неестественности окружающего, которое я испытывал всюду на судне, чьи коридоры и люки были предназначены для космодесантников, размерами превосходящих обычного человека. Из-за этого мне постоянно казалось, что я уменьшился. Однако, в отличие от тех стыковочных отсеков, в которых мне доводилось побывать, этот обширный зал создавал ощущение какой-то фантастической аккуратности.