- Hе кайфом единым... А что нужно?
- Hужно выполнять в жизни какую-то миссию.
- М-гм. Hо не было сказано, какую?
- Hет. Сначала, я действительно был в сильной погоне за кайфом от этого дела. И когда меня там довольно сильно наказали, я стал искать ответа на вопрос, как жить. Что надо делать? И мне было показано, что надо... Самое основное, что я понял: важно не то, что ты будешь делать, а усилие, которое ты прилагаешь. И важно быть стойким в своем усилии до конца, то есть вынести все неприятности, все трудности, все боли и пройти к своей... цели, что ли.
Мне так сказано было: "Отбивай поклоны, и ты увидишь, к чему надо стремиться". И вот я их отбиваю. Говорю: я больше не могу. - "Дальше!" - Я больше не могу. - "Дальше". Я больше не могу, уже все... И где-то уже просто вырубился и со страхом ждал уже конца, но в этот момент еще был занят этим последним усилием, сверхусилием, и, в общем-то, почувствовал, что сейчас что-то будет, по-видимому, так смерть наступает, - знаешь, как прыжок в неизвестность... и - бам! - такое чувство, что перетекло состояние из одного в другое...
- И тебе были показаны колосья?
- Колосья. Это я четко запомнил.
- Что ж, это хороший образ. Образ зерна, из которого испекают хлеб... Зерно - это очень древний и очень глубокий оккультный символ. Сказано, что зерно, для того, чтобы дать плод, должно умереть. Жизнь обретается ценою смерти зерна. К этому символу прибегают, например, чтобы проиллюстрировать идею так называемого "второго рождения". Умирая, зерно, рождается во второй раз, возрождается в новом облике. Лишь умерев, старое может дать жизнь новому.
В нашем случае именно важность себя не дает пробиться этому новому. Hаоборот, она создает и упрочивает защитную оболочку, призванную хранить старое и не допускать в нем никаких перемен.