- Позвольте выразить удовольствие, - сказал Ипполит Васильевич. - А здесь пауза?

Композитор посмотрел в тетрадь. Отрицательно качнул головой - паузы нет.

- Справедливо. А то бы публика решила, что музыка кончилась, и ринулась бы в гардероб.

Композитор в отношении гардероба промолчал - гардероб не входил в его планы. Лохматая голова - это другое дело.

Старик и композитор продолжали не спеша свой путь по коридору. Так же не спеша скрылись в дверях класса теоретико-композиторского отделения.

К дверям другого класса, на другом этаже, шла Кира Викторовна. Она еще не успокоилась после разговора в учительской. Завтра отчетный концерт и для многих учеников - первое серьезное выступление на публике. А она экспериментирует, и это уже не забава. Кира Викторовна совсем не старейший педагог школы, а рядовой преподаватель струнного отделения. Именно все так и есть. Но она не отступится от своего решения.

У дверей класса Киру Викторовну ждали ученики.

Ганка - плотная, высокая девочка, самостоятельная, решительная. Она приехала с Украины, из села Бобринцы. Франсуаза приехала из Парижа. Модная юбочка, кофта, браслетик - простое серебряное колесико. По отцу Франсуаза родом из Прованса, из Камарги, где живут черные быки. Ее отец гардиян - он хозяин черных быков, разводит их. Носит красную фетровую шляпу и короткие сапоги со шпорами. Серебряное колесико - подарок от отца.

Маша Воложинская удивительно светлая и открытая девочка, стесняется, что вынуждена ходить в очках. Звук ее скрипки чистый и наивный. "Если бы это удалось сохранить", думала Кира Викторовна. Маша ни о чем таком не думала, и, может быть, в этом было ее счастье. Встречается в исполнительском искусстве такая особенность: когда что-то поймешь до конца, это "что-то" вдруг может исчезнуть. Не всегда ремесло помогает, иногда оно что-то отбирает у тех, кто начинает заботиться только о ремесле и возлагать все надежды только на него. У Маши в будущем может сложиться именно так, что ее чистоту и наивность подменит ремесло. Для Маши оно может оказаться сухим.