- Ах, деревня! - у свиньи Колбаскиной навернулись слезы. - Там было так хорошо! У меня были такие добрые хозяева! Они кормили меня из корыта вкууусными домааашними объеээдками! Я спала в сарае на сееене и проводила досуг с культурными домашними живооотными! Хрюй!

- Говоррришь, добрррые хозяева? Эге! - Каганович скрестил крылья на груди и задумался. - Если бы я был добрррым хозяином, разрррешил ли бы я пррриличному попугаю потоптать канаррреек?.. Если бы я был на их месте, то я бы всех их канаррреек...

- Вдруг послышался топот и на поляну выскочил возбужденный кабан Кузнецов.

Попугай юркнул в кусты.

Кабан налетел на Розу, придавил ее к земле и мощно покрыл.

Насладившись свиньей, Кузнецов сел на траву, вытащил гитару и спел:

Любви стесняться не надо

Она для сердца отрада

Она для смелых награда

Она затем нам дана

Чтоб наслаждаться ночами

С любовью встречей случайной

Когда так сердце печально

Стучит в груди кабана

Любви не надо бояться

Под белым цветом акаций

Но если хочешь признаться

Любовь допита до дна

Я в поле чистое выйду

Порою землю копытом

И там зарою обиду

У кабана жизнь одна!

На краю поляны сидел и ел дыню телохранитель Кузнецова бегемот Жаботинский, по кличке Ихтиандр. Вся кожа бегемота была покрыта татуировками. На левом плече была наколота русалка-бегемот. На правом якорь обвитый змеей и надписью "Батон". На пальцах - перстни. На тыльной стороне ладони было написано "СЛОН". На спине наколот акваланг. На животе круглый аквариум с тремя рыбками.

А у Кузнецова, кстати, были такие татуировки: на груди была наколата цифра 2.20. Никто в лесу уже точно не помнил, что это обозначает, а спросить боялись, но относились к наколке с уважением. На спине у кабана был наколот двуглавый орел, кабанского вида. На плече красовалась голая свинка с шестью титьками. Свинка закинула ногу на ногу, а в руке она держала папиросу.

Из кустов вышел шакал Витя.